27 сентября 2019

Выпускница ФЖ-2012 Екатерина Серушкова: «Университет — это самое крутое время моей жизни»

Катерина Серушкова выпустилась из НГУ в 2012 г. Журфак, помимо образования и ключевых навыков, дал ей близких людей и бизнес-партнера. Катерина не занимается классической журналистикой, но работает в медиасфере, управляет видеокомпанией «Лица» и очень любит свою работу.

— С чем у вас ассоциируется университет?

— Университет — это самое крутое время моей жизни, яркий и волнительный период. Я с теплом в сердце вспоминаю зачёты, друзей и студенческие тусовки. Жалко, что это не повторится!

— Почему вы решили поступить на факультет журналистики?

— После восьмого класса я перешла из общеобразовательной школы в школу с экспериментальным образованием «Умка». Тогда это была очень интересная система: у нас вместо уроков были погружения, вместо учителей — тьюторы, и мы занимались интересными проектами. Погрузившись в эту среду, я познакомилась с разными преподавателями и учителями, и это был период понимания, куда я пойду учиться дальше.

У меня было два направления развития: художественная школа и видеожурнал. Журнал мы делали внутри лагеря, куда ездили со школой, там я была журналистом и главным организатором направления. Потом, когда я пошла на курсы по рисованию, поняла, что без вдохновения рисовать шесть часов гипсовую голову мне тяжело. А вот с журналистикой всё так пошло, что начала писать в газету «Рост», и для этого не нужно было вдохновение — мне просто нравилось это. Тогда я и поняла, что именно это моё, я пойду это развивать, тем более, что в школу к нам приходили студенты журфака, вели дебаты, и я с ними общалась.

Я знала, что журфак есть в НГПУ и НГУ. Я сразу решила, что в пединститут не пойду. Если я не поступлю в НГУ, то буду пропускать год и снова попробую поступить в НГУ. Тогда был весенний набор, можно было сдать экзамены и поступить раньше. Я пошла, думаю: ну все, сейчас точно поступлю в НГУ! И сдаю сочинение на 2-3 из 10. Я завалила главный для меня экзамен, за 3 месяца до летнего набора поняла, что переоценила свои возможности и мне нужно срочно подготовиться. Летом я сочинение сдала уже на 7-8, и остальные показатели тоже были хорошие, я поступила.

— Поддержали ли вас родители в вашем выборе?

— Да, у меня очень хорошие взаимоотношения с родителями. Мой папа работал на тот момент в моей школе, он изнутри понимал систему. Родители тоже говорили: «Катя, надо поступать в НГУ. Давай, мы тебе поможем».

— Помните ли вы, с кем из одногруппников сдружились первым делом?

— Да, мы с девочкой Настей Серебряковой — сейчас у нее фамилия Невзорова — ходили вместе на подготивительные курсы, вместе поступили. На первом курсе мы познакомились на уроке английского языка с моим сегодняшним партнером по бизнесу, с Яной Михальковой (сейчас у нее фамилия Королева). Мы просто сели вместе за парту, она спросила: «Ты знаешь английский?», я говорю: «Нет, а ты?», она: «Ну, я тоже не очень». Вот так мы и начали общаться и уже 12 лет вместе. К слову, наш третий партнёр по бизнесу — мой муж. Поэтому мои коллеги — ещё и мои близкие люди.

— Кто из преподавателей оставил самые яркие воспоминания?

— Березняков Дмитрий Владимирович, мне кажется, самый прекрасный преподаватель. Он тогда был ближе всех к нам в плане подачи, включал интерес к своему предмету через общение, которое было между нами. Я думаю, взаимодействие с преподавателем — это не только передача и получение знаний, это, конечно же, то общение, которое помимо этих знаний присутствует на занятиях.

С другой стороны помню Капинос Елену Владимировну, она вела историю русской журналистики. Я не могла сдать этот предмет три раза, дважды мне пришлось ездить в ГПНТБ за редкими журналами.

Людмила Викторовна Буднева тоже была тем преподавателем, который сразу на 1 курсе задал планку того, как я должна готовиться к экзаменам. Я просто думала, что поступить сложно, но, наверное, учиться легче. Ничего подобного! Людмила Викторовна сразу обозначила, что так не пойдёт, нужно работать. Я помню, что я к ее предметам, конечно, готовилась.

Ещё нравилась Елена Валерьевна Климова. У нас был предмет, на котором мы как раз учились журналистике — писали статьи, делали очерки. Это было плавным введением в журналистику, более профессиональную. Она была человеком, который этот интерес вытащил и начал развивать, я прям чувствовала это.

Сейчас, наверное, есть новые классные преподаватели, но такие, как Дмитрий Владимирович Березняков, мне кажется, вне времени.

— Скучаете ли вы по чему-нибудь из студенческого времени?

— Скучаю по переменам, на которых мы сидели в «Старом замке», — раньше было такое кафе или столовая, как мы бегали курить на перемене и думали, что взрослее от этого. Не знаю, как это происходило, но мы могли быть на вечеринке в клубе «Бункер» до самого утра, потом вставать через 2 часа, идти на шесть пар подряд, учиться, потом ещё сдавать зачеты на пятерки — откуда была энергия, я не знаю, но это было круто. И, наверное, по каким-то моментам, где были открытия, осознания. Я помню, когда что-то читала, готовилась к предметам, в какой-то момент приходило понимание: «О, так это же про это!».

— Если бы была возможность пережить один день студенчества заново, то какой бы день это был?

— Мне кажется, это был бы либо самый первый день, когда я уже знала, что поступила, и приехала первый раз на занятия; либо что-то из самого-самого конца, когда уже госы сдал, и совсем немножко осталось. Сложно выбрать один день, но вот эти этапы с точки зрения ощущений самые интересные, хотя, конечно, на каждом курсе были свои истории.

— Когда вы поняли, что хотите заниматься именно созданием коммерческих видео, своим бизнесом?

— Это сейчас будет смешно звучать, но, наверное, я это поняла после того, как создала бизнес. Когда я открывала свою видеокомпанию с друзьями, у меня была четкая картинка того, как я буду заниматься творчеством, снимать классные фильмы, всех вдохновлять, у меня будет такая интересная творческая профессия. На деле оказалось, что я должна знать, что такое дебет и кредит, что такое лид, как приходит клиент, как его привлечь, как вообще выстроить систему работы команды — просто другой мир. Я поняла, что мне нужно осваивать новую информацию и мне недостаточно того, что я учила раньше. Это произошло уже реально в процессе работы в своей компании, этот переход и щелчок, что тут речь больше про бизнес, а не просто фильмы поснимать.

Но еcли говорить о том, как я пришла в корпоративное кино, то тоже благодаря факультету журналистики. У нас была обязательная практика, и понимала, что работа «ГТРК» или «ОТС» меня не особо интересует — там были новостные репортажи, которые мне неинтересно делать. И была компания, которая занимается корпоративны видеопродакшеном, её основали тоже выпускники ФЖ НГУ — Роман Лабунец и Ирек Ибатулин. Я рискнула, написала с просьбой прийти на практику на 4 курсе, на собеседование пришла с сюжетами, которые мы делали на парах по основам телевидения. Они посмеялись и сказали: «Ладно, давайте, что-нибудь с вами сделаем». Я работала в этой компании и училась корпоративному видеопроизводству пару лет. Процесс открылся изнутри, и тогда поняла, что как-то он не так выстроен, потому что я себя в нем не чувствовала, но понимала, как его можно улучшить. Я пришла туда сценаристом, монтажером, режиссером, а по натуре оказалась продюсером. И я понимала, что хочу в этом работать, но не могу здесь реализоваться. Позже это и сыграло ключевую роль, когда мы начали работать в нашей компании.

— Насколько сложно существовать в такой конкурентной среде?

— Когда мы работали на рынке корпоративного видеопроизводства, с 2012 по 2016-17 год, сказать, что рынка не было — это ничего не сказать. Было 3-4 компании — и обчелся. Сейчас рынок очень изменился, доступность видеокамер, интернета, площадок позволяет любому человеку взять камеру и сказать: «Я — видеопродакшн». На тот момент мы понимали, как будет развиваться рынок, и в принципе не конкурировали с фрилансерами, у нас была своя выработанная технология работы именно с точки зрения видеомаркетинга. Мы работали с крупными компаниями, которым делали видеоинструменты для работы в долгосрочной перспективе и формировали стратегию. Сейчас я радуюсь, что видеоконтент появился у малого бизнеса, у среднего. Когда раньше мы звонили и говорили: «Давайте мы вам снимем фильм!», люди говорили: «Зачем?». Сейчас все хотят снять фильм или ролик.

Тогда было очень сложно этот рынок покорять, потому что никто не понимал, что даст видео. И мы были молодые, у нас не было личного бэкграунда, мы просто выпускники, творческая команда, которая хочет делать современный интересный продукт.
С 2017 года по сей день мы работаем на рынке видеостоков и больше не занимаемся корпоративным видеопродакшном. Мы немножко сократили штат, сейчас мы можем работать из любой точки мира, не имеем жёсткого графика работы, мы свободны. Для меня это работа мечты, потому что я снимаю то, что хочу, я организовываю съемку так, как хочу. Мы понимаем, что нужно рынку, причем мировому: клиенты на видеостоках в основном американцы. Собственно, зарплата у нас в долларах. Авторов из России, которые снимают для видеостоков, много. Но с точки зрения применения стоков, когда компания покупает кадры — это придет к нам лет через пять только. Мы чувствуем, что опережаем рынок, но нам от этого неплохо.

— Сложно ли делить бизнес со своим мужем?

— Мне нет. У нас был момент, в котором я хотела поменять какие-то роли. У меня была должность ответственнее, я была генеральным директором, а Антон — на должности оператора. Но фишка заключалась в том, что он мыслит намного логичнее, чем я, и без него решения, которые принимались, были бы просто ужасными. Не знаю, куда бы мы пришли, если б не Антон. У нас не было такого, чтобы мы дома, — да и вообще где-то, — ссорились из-за работы. Когда мы перешли на стоки, это была полностью инициатива Антона, и это он нас с Яной уговорил и сказал: «Девочки, мы должны посмотреть в этом направлении, я знаю, как там все сделать, а вы мне поможете». Сейчас он главенствует над всем этим направлением. В контексте такого взаимодействия с мужем мне намного комфортнее.

Помимо того, что я работаю с мужем, я работаю еще и с друзьями своими. Когда мы начинали, нас было четверо, в команде еще был Андрей Шепеленко, тоже оператор, они с Антоном учились вместе. Он ушел от нас, мы проработали около двух лет вместе. При работе с друзьями появляется опыт смешивания личного и рабочего. Не нужно этого бояться, нужно просто в процессе взаимодействия искать какие-то решения.

— Есть ли у вас идея-фикс, ролик, который вы мечтаете снять?

— Я уже давно перестала мыслить категорией роликов. Рынок видеоконтента изменился в России. Мы с Яной сейчас готовим образовательный проект, это будет онлайн-школа по видеомаркетингу, и это то направление, в котором мы хотели бы дать понять компаниям, как им это делать наилучшим образом, как перестать снимать «колхоз», как снимать на мировом уровне то, что сейчас актуально. У меня есть понимание, что моя миссия сейчас заключается в том, чтобы улучшить рынок видеоконтента вообще в России и помочь компаниям, которые работают в этом направлении, и людям, которые ищут такую профессию, хотят реализоваться. Вообще в корпоративном видео так много творческих направлений, что поработав один раз продюсером, ты потом можешь работать хоть кем, умеешь вообще все, такой многорукий многоног. Сейчас моя идея-фикс в том, чтобы отдавать.

Беседовала Полина Шляпужникова