Юрий Татаренко: «Я принимаю правила игры»

Поэзия и журналистика – то, что сперва кажется совершенно несовместимыми начинками для «вкусного пирога». Первое – слишком сладкое, второе – чрезвычайно соленое. Но опыт Юрия Анатольевича доказывает обратное. Двукратный победитель городского конкурса профессионального мастерства журналистов «Новосибирск глазами СМИ», лауреат Всероссийских литературных премий имени Саши Черного и «MyPrize», дипломант Всероссийских и международных поэтических конкурсов в ряде городов (Ярославль, Одесса, Калининград, Киров и др), автор восьми поэтических книг– все это Юрий Анатольевич Татаренко. При этом как журналист он работает на условиях фриланса с более чем десятью изданиями в Новосибирске, Москве, Томске, Барнауле: освещает культурную жизнь региона, всей Сибири в целом, ездит по разным городам на фестивали, театральные постановки, встречается с интересными людьми и берет у них интервью.

«У меня был несколько лет назад спор с коллегой, который считал, что журналистика – просто высокое ремесло. Но нет. Возможно, я ещё не так долго в профессии, и у меня не было больших разочарований, но я считаю, что писать с «холодным носом» неинтересно. А если это скучно тебе, то будет трудно увлечь читателя. Большое счастье – творить. Творческий подход, я считаю, – самое главное»

Я успела «поймать» Татаренко, когда тот покупал билет в Иркутск на очередной фестиваль. Он был такой же, как и на всех фотографиях – коренастый мужчина, с добрыми глазами и очаровательной, вьющейся в разные стороны бородой. Мы присели на одну из скамеек и стали разговаривать.

– Почему вы выбрали своей профессией именно журналистику?

– Это работа со словом. Она мне была близка всегда. Я долго сомневался, стоит ли этим заниматься, поскольку у меня нет специализированного образования, так как журфак я не заканчивал. Но, когда пошли публикации, поверил в себя. Большое спасибо за это нужно сказать газете «Навигатор», с которыми я больше 10-ти лет сотрудничаю на регулярной основе. Давал материалы практически в каждый номер, а с появлением сайта стал это делать чуть ли не в ежедневном режиме. Это, конечно, наложило определенный отпечаток, так как профессия стала круглосуточной. Но я знал, что это были не издержки, а правила игры – и я их принимал.

– Обязательно ли журналистское образование?

– Я думаю, что оно не помешает. Но, если ты понимаешь профессию, владеешь пером, то почему нет? В конце концов, всегда есть старшие коллеги и редакторы, которые могут подсказать. Главное желание, трудоспособность и критичность к себе. Это три важных составляющих.

– Хороший журналист – это…?

– Хороший журналист – тот, кого интересно читать. Наверное, вот такая простая формулировка. Из примеров это: Дмитрий Быков и Андрей Ванденко из «Собеседника», Инна Руденко из «Комсомольской правды». Это старая гвардия. В «Комсомольской правде» были прекрасные очерки Геннадия Бочарова и Василия Пескова. Они прямо-таки  отложились в моей подкорке, я был поражен стилем и умением описывать ситуации. Таким образом, журналистика поселилась во мне еще 30 лет назад.

– С какими сложностями профессии вы столкнулись?

– Не поверите, никаких проблем не было! Грех жаловаться, у меня счастливая судьба. Все мои материалы были опубликованы, темы и сюжеты нередко заказывают в редакциях. Был забавный случай в Томске с публикацией большого материала. В газете он появился без последнего абзаца. А, как известно – это самая главная часть материала. Я, конечно, сначала переживал по этому поводу, но после понял, что получил хороший жизненный урок: количество знаков всегда необходимо согласовывать с редакторами! Теперь, если меня предупреждают, что материал будет сокращен, могу попросить выслать текст на уточнение.

– Что самое интересное в вашей профессии?

– Встреча с невероятным количеством интереснейших людей. Это, конечно, заряжает и вдохновляет. Мне хочется выведать какие-то секреты, навести героев на какие-то размышления – от этого невозможно устать! Недавно у меня был выезд в Москву и Петербург на литературные фестивали, и я рассчитывал прокатиться туристом, но профессия не дала о себе забыть: за неделю взял пять больших интервью. Но, знаете, если бы я это не сделал, то точно себя не простил бы. Ведь журналист – это тот, кто пользуется моментом, использует все на благо профессии на сто процентов!

– Что должно знать молодое поколение журналистов?

– Вообще-то я себя наставником еще не считаю. Но, если говорить серьезно, то журналист должен знать, что происходит вокруг. Необходимо погружаться в Его Величество Контекст и понимать взаимосвязи между вчера, сегодня и завтра. Важно помнить, что ленивый журналист – это оксюморон. Поэтому какие-то намеки на поблажки к себе нужно выжигать каленым железом. Конечно же, не забывать о дедлайне: если материал нужен к определённому сроку, то кровь из носу — это должно произойти! У меня с этим, слава богу, проблем нет (тьфу-тьфу-тьфу)… Потому что моя предыдущая актерская жизнь дала закалку: немыслимо опоздать на репетицию или не прийти на спектакль. Дисциплина в театре – то, о чем даже говорить бессмысленно. А в журналистике она – просто предлагаемое обстоятельство.

 

После этих слов понимаю, что забыла спросить о самом главном – поэтике. Ведь, собираясь на эту встречу, я прочитала несколько стихотворений Юрия Анатольевича. И, наверное, благодаря интересным рифмам и слогу, в моей голове все ещё стояли необычные строки:

Поэты вне себя живут,
Их крик – на грани преступленья.
На троне «мэйд ин Голливуд»,
В пыли «высокие стремленья»…
Не по одной ли шли цене
Мечты Обломова и Штольца?
Но лишь на срубленной сосне
Заметны годовые кольца.
И если рифма дочь смолы –
Стихи похожи, вероятно,
На схватку века и пчелы,
Вражду неясного с понятным.

 

– Как так вышло, что вы и поэт, и журналист?

– Ну, поэзия – это часть моей жизни. Ведь я пишу довольно-таки давно. Первая книга вышла пятнадцать лет назад. Конечно же, стихи и журналистика – две разные составляющие. Хотя, казалось бы, буквы одни и те же. Только для газеты пишешь прозой, а стихи в рифму. Переключаться, конечно, трудно. Но трудно не значит невозможно. Когда я стал работать в «Навигаторе», стихи прекратились, и я даже испугался и расстроился, что это навсегда. Но постепенно поэзия ко мне вернулась, вышли четыре сборника. Поэт и журналист в одном лице - не считаю это каким-то ужасным сочетанием. Иногда пишу гражданскую лирику – это можно назвать своего рода публицистикой.

– Если пришлось бы выбирать между журналистикой и поэзией, то что бы вы выбрали?

– Мне бы не хотелось отказываться ни от одного, ни от другого. Стихи пишутся – я рад, материал опубликован –  снова радуюсь. Что будет дальше – не знаю. Просто понимаете, поэзия эта такая интересная вещь... Если в журналистике я полностью ощущаю власть над чистым листом, то в поэзии это совсем не так. При написании стихов ты в бодрящем, интересном состоянии и не знаешь, куда поведет, чем все закончится. Если стихотворение получилось, несколько дней ходишь окрыленным. У меня было шутливое определение поэзии, но, думаю, что его можно отнести и к журналистике – конвейер эксклюзива. Такой оксюморон, но в нем, как мне кажется, большой смысл.

– А где вы берете вдохновение?

– Если мы про журналистику, то все определяет факт события, о котором мне хочется рассказать. Чтобы человек прочёл и сказал: «Как жаль, что меня там не было»! Что касается азарта поэтического, то и тут все просто: во мне поселяется строчка – и не даёт покоя, не отпускает. Обычно бросаешь все дела и начинаешь с этой строчкой работать. Потому что ты не можешь остановиться на полпути. Иначе муза может обидеться и сказать: «Ах, так? Ну, я тогда пошла к другому»! Шутки шутками, а азарт – важная вещь в литературном труде.

– Ну и напоследок, журналистика – это творческая профессия?

– Безусловно. У меня даже был несколько лет назад спор с коллегой, который считал, что журналистика – просто высокое ремесло. Но нет. Возможно, я ещё не так долго в профессии, и у меня не было больших разочарований, но считаю, что писать с «холодным носом» неинтересно. А если это скучно тебе, то будет трудно увлечь читателя. Большое счастье – творить. Творческий подход, я считаю, – самое главное.

Время пролетело слишком быстро. Попрощавшись с Юрием Анатольевичем и пожав ему руку, я осмысливала сказанное по пути в кафе. Там я заказала себе пирог со странной начинкой – соленой карамелью. Думаю, что именно под такую пищу хочется писать свои первые стихотворения.