Кристина Лата: «Если это хоккейные матчи, то неделю подряд у тебя хоккей, хоккей, хоккей»

Я спешу на встречу с девушкой спортивным журналистом, известной сотрудницей спортивной редакции телеканала ОТС, харизматичной ведущей «СпортОбзора». Интересно, что наши истории во многом похожи:мы обе хотели стать журналистами с детства, мы обе любим спорт и людей в нём. Кристина Лата любезно согласилась рассказать о своём профессиональном пути, сложностях работы спортивного журналиста, форсмажорах во время флэш-интервью и гендерных стереотипах, с которыми ей приходилось сталкиваться. Мы встретились в одной из кофеен в центре города и начали разговаривать.

— Кристина, по образованию вы — филолог. Однако ваша профессиональная карьера связана со спортивной журналистикой. Вы никогда не жалели о том, что не связали свою жизнь с филологией?

— Нет, наверное. Я пошла на филологию, потому что с детства хотела стать журналистом. Пыталась поступить в НГУ на журфак, но нехватило нескольких баллов для бюджета. Параллельно поступала на филологию в НГУ и НГТУ. Выбор в пользу НГТУ был сделан, потому что я тогда играла в баскетбол, и в НГТУ была команда, а в НГУ — нет. Поэтому выбрала спорт и образование в одном. Окончила Факультет гуманитарного образования в НГТУ по специальности «филология». Диплом защищала по теме, которая была связана со спортом. Был анализ футбольных матчей и определенных слов, которые используют комментаторы для связи своего текста в процессе общения с аудиторией. Я всегда хотела стать журналистом. Мы с подружкой писали статьи для школьных и городских газет. Потом, так получилось, удалось совместить и увлечение спортом, и увлечение журналистикой.

— Не хотели ли вы когда-нибудь сменить сферу журналистской деятельности? Например, перейти в сферу культуры или политики.

— Нет, политика точно нет. Не хочу этого касаться. Меня, в принципе, устраивает, что я работаю в спорте. Как говорится: «спорт вне политики». В плане того, хотелось ли уйти в другую сферу: когда совсем «приедается», могу поехать и снять сюжеты на другие темы. В основном освещаю какие-то культурные события. Такого сильного желания нет. Мне нравится спорт,нравится общение. Спорт — это же не только про то, как кто-то с кем-то сыграл, но и про людей. Мне этого хватает. Меня всё устраивает.

— Что для вас спортивная журналистика? Чем она отличается от других разновидностей этой профессии?

— Мы также, как и другие журналисты, рассказываем про определённый пласт жизни и развлечений людей — спорт. Мне нравится, что можно делать и просто новости, и развёрнутые рассказы про людей, которые внутри этого всего. Почему спорт? Я люблю спорт,люблю им заниматься. Мне нравится не то что здоровый образ жизни, скорее активный образ жизни и возможность всё это совмещать.

— Кто может стать спортивным журналистом?

— Любой, кто любит спорт и разбирается в нём. Журналистом может стать любой любознательный человек. Тот, кто не боится каких-то препятствий, не боится пробовать что-то новое. Профильное образование не всегда играет большую роль. Вот я — филолог. У меня есть коллеги, которые заканчивали исторический, экономический факультеты. Да, должна быть грамотность, любознательность. Нужно уметь вникать в тему. Не нужно стесняться. Отбросьте все смущения и стеснения.

— Что самое сложное в спортивной журналистике?

— Ненормированный рабочий график. После каких-то матчей могу вернуться домой в 12 ночи. Для меня — это уже привычка. Из-за того, что у меня ненормированный график иногда срываются встречи с друзьями, важные даты, дни рождения, потому что работу перенести никак нельзя. Опять же, если это хоккейные матчи, то неделю подряд у тебя хоккей, хоккей, хоккей. Ты там живёшь практически. Нужно запоминать очень много. Ноэто всё приходит с опытом: ты всех запоминаешь, разбираешься во всех правилах.

— Кристина, я бы хотела поговорить с вами о флэш-интервью. В социальные сети вы часто выкладываете фрагменты с эфиров, во время которых случались форсмажоры. Как не растеряться в такие минуты?

— Это про то, как кто-нибудь у меня материться во время интервью?

— Да. Как вы реагируете на это?

— Спокойно. Я понимаю, что у меня прямой эфир, ошибаться нельзя. Умом понимаю, что что-то идёт не так, но вида старюсь не подавать. Потом уже, когда эфир закончится, буду решать все проблемы. Когда у меня люди матерились в эфире, даже тот же Вячеслав Основин во время интервью, я всегда реагировала спокойно.Понимала, что он [Вячеслав Основин] что-то сказал не то, очень смешное. Но просто продолжала вести диалог, делать вид, что всё нормально. Потому что, правда, иногда приходится работать в сложных ситуациях, которые ты не всегда можешь контролировать. Опять же, это касается прямого эфира. У нас есть студии, которые мы ведём до начала хоккейных матчей. Сейчас эфиры проводим в закрытой комнаты и к нам посторонние не могут попасть. А раньше ввели эфиры прям с трибуны. И болельщики могли спокойно зайти в кадр, помахать руками, крикнуть «привет, мама», пройти мимо камер. Таких ситуаций было очень много. Можно посмеяться. Можно не обращать внимания на то, что там происходит и спокойно продолжать вести эфир, потому что если ты будешь отвлекаться на такие мелочи, то всё пойдёт прахом. Может быть, у меня выработалось самообладание за все эти годы, и я перестала на это реагировать — просто продолжаю вести эфир.

—По какому принципу выбираете спортсменов для флэш-интервью?

—Чаще всего берём того, кто как-то отличился во время периода. Это касается игроков «Сибири». У нас есть договорённость с пресс-службой хоккейного клуба— можно выбирать любых игроков: кто забил, отдал передачу, активно себя проявил. Что касается соперников, то есть два варианта: выбирают того, кто как-то отличился или до матча сотрудники пресс-службы говорят о том, что на флэш-интервью у них будет тот или иной игрок. Когда говорят заранее, то ты пристальнее следишь за тем или иным игроком, чтобы задавать не абстрактные вопросы, а более предметные.

— А если отказывают в интервью, как быть?

— Нет, они не отказывают. Сейчас они обязаны это делать. Пресс-служба следит за этим. Но у меня бывали такие случаи. Как-то договорилась с игроком [об интервью], а он травмировался, но я этого не заметила. Во время периода его увели. И вот я стою жду, вся команда соперников прошла уже, а его нет. Спрашиваю: «А где он?». Мне ответили, что он травмирован. А у меня интервью, что делать? Но там кто-то проходил из нашей команды. Это было первое интервью после первого периода, поэтому я схватила первого попавшегося игрока. На ходу что-то придумывала, потому что готовилась к одному, а в итоге получилось всё спонтанно. Пришлось задавать какие-то банальные вопросы и на ходу перестраиваться, чтобы эфир не слетел.

— Кристина, вы легко настраиваетесь на интервью, съёмки? Или у вас сложный процесс подготовки?

— Нет, но я готовлюсь к каждому даже флэш-интервью. Смотрю матчи, в основном, возле льда. Общаюсь по ходу игры с ребятами из пресс-службы, с другими журналистами, которые побольше меня разбираются в хоккее. Спрашиваю их мнения по тем или иным ситуациям, чтобы интересные вопросы задать. Потому что есть ребята, с которыми я работаю и которые больше понимают в спорте, именно в хоккее, моментах и комбинациях.Готовлюсь и к большим интервью, они у меня бывают часто, потому что у нас на телеканале есть ежедневная программа о спорте, а по выходным выходят большие развёрнутые интервью примерно на пол часа, сорок минут. Правда в эфир попадает минут 15, но к ним я всё равно готовлюсь. Изучаю информацию, узнаю про соревнования, смотрю какие-то старые интервью. Вот завтра ко мне придут самбисты — буду узнавать, как они съездили на Чемпионат Европы, как это вообще выступать на Чемпионате Европы в нынешних реалиях. То есть узнаю немного бэкграунда, людей. Подготовка—залог успеха!

— На сколько непредсказуема работа с болельщиками?

— Я не могу их контролировать. Если понимаю, что кто-то что-то не то говорит, то старюсь убрать микрофон, переключиться на другого, сама что-то говорить. В основном, люди же понимают. И в толпе выбираешь более или менее адекватных людей. Ты же не подойдёшь к пьяному или агрессивно-настроенному человеку. Выбираешь спокойных фанатов, семейных, женщин, детей — с ними подходишь и общаешься, если это в прямом эфире. А если не в прямом, то к любому человеку.

— Гендерные стереотипы. Сталкивались ли вы с мнением о том, что девушка не может комментировать и освещать спортивные соревнования?

— Да, по началу было. Когда я начинала работать после универа, примерно в 2014 году, мне писали: «иди борщи вари», «какой хоккей? О чём ты?», «что это за выскочка?». Сейчас нет. Сейчас такого вообще нет. Никто давненько такого не писал. Мне кажется, что сейчас это уже не так актуально. Очень много девчонок разбираются в спорте получше мужчин. Каждый год к нам на практику приходят студенты и большинство из них — это девушки. У каждой свой вид спорта, за которым она пристально следит. И увлечённых много. Мне кажется, что разделять на женское и мужское —глупо. Сейчас особенно.

— Получается ли разделять личное и публичное в работе и жизни журналиста? Или вы погружены в работу 24/7?

— Хорошо получается разделять. У меня есть много друзей, знакомых спортсменов за эти годы и одно время, когда я на работе — общаюсь с ним по рабочим вопросам, когда вне работы —мы просто общаемся. Стараюсь не смешивать работу и личную жизнь, чтобы одно не мешало другому. График ненормированный, как я уже сказала. Матчи в разное время, съёмки с утра бывают. Вот недавно спортсмены прилетали в аэропорт в 7:30 утра. Иногда съёмки, наоборот, вечером. Но я уже подстроилась к этому, друзья все тоже понимают, муж понимает. Летом у меня, наоборот, более свободный график, потому что не так много съёмок — у всех команд отпуск. Поэтому больше времени остаётся на себя и насвои какие-то дела. Но зато, когда начинается хоккейный сезон, ты такой: отпуск подождёт и отдых тоже.

— Вы не устали от профессии в эмоциональном плане?

— Мне кажется, что в любой профессии наступает такой момент, когда процесс превращается в рутину, ты выгораешь. Да, такое бывает. Нужна какая-то перезагрузка. Поэтому я либо беру выходные, либо отвлекаюсь на какие-то не то, чтобы другие проекты, могу попросить съездить какой-нибудь другой сюжет снять в отличной сфере. Опять же, если брать хоккей, то пока лето — я очень сильно скучаю. Но когда идёт сезон, где-нибудь в декабре, меня начинает уже всё бесить, устаю от этого, уже как-то не так концентрируюсь. Ближе к плей-оффу опять всплеск. Под конец плей-оффгрустишь и ждешь новый сезон. Про рутину — это естественно, мне кажется, когда ты, например, пять лет подряд снимаешь «Лыжню России». Каждый год — это одно и тоже — люди катаются на лыжах. Но пытаешься как-то разнообразить, найти интересные моменты, сюжеты внутри этого мероприятия, чтобы и тебе было веселее, и зрителям, которые это из года в год сморят. Для меня сейчас такое отвлечение — это интервью со спортсменами каждую неделю, потому что это возможность не просто быстро, за пять минут, что-то обсудить, а возможность побольше поговорить с человеком, разговорить его. Разные люди приходят, разные истории рассказывают. Иногда сижу, слушаю и думаю: «вау, круто».

— Как вы относитесь к критике?

— Смотря какая критика. Если критика ради критики, просто написать, грубо говоря, «ты дурочка», то не обращу внимание. Если критика по делу, например, указывают на ошибку, то скажу «спасибо, я не знала». Может быть повезло, но, мнередко пишут что-то негативное, наоборот, что-то хорошее пишут болельщики, говорят спасибо.

— Можете ли вы поделиться некоторыми советами с теми, кто только начинает свой путь в спортивной журналистике?

— Не бойтесь ошибиться, потому что все с чего-то начинали, все учатся. Будьте любознательными, пытайтесь разобраться в теме до начала сюжета. Но не вникайте прям глубоко, чтобы у вас оставались дилетантские вопросы. Если ты заинтересован в этом и узнаёшь что-то походу, то и сюжет твой будет интереснее. Пробуйте, даже если не получается. Пробуйте снова, если вы этого хотите. Приходите к нам на практику, мы любим студентов, на самом деле. Чему сможем, тому научим. Надеюсь, это будет полезно, потому что все мы с чего-то начинали.

Беседовала Екатерина Бондарь